Обыкновенный канюк (Buteo bateo). Отличается маленьким, узким, сильным, согнутым клювом, неопределенными плюснами, относительно короткими лапами, широкими крыльями, в которых маховые перья от третьего до пятого равной длины между собой и длиннее остальных, и коротким, прямо усеченным хвостом, которы й покры вается сложен н ы м и крыльями. Достигает длины в 50-56 см при размахе крыльев в 120-125 см; длина крыла равна 38^Ю, длина хвоста 26 см. О цвете его трудно сказать что-нибудь общее, так как окраска канюка чрезвычайно разнообразна и редко можно видеть двух, окрашенных одинаково. У некоторых равномерная черно-бурая окраска с поперечными полосами на хвосте. У других верхняя сторона, грудь и голени бурого цвета, а остальные части светлые буро-серые с поперечными пятнами. Третьи светло-бурого цвета с продольными черточками до самого хвоста; четвертые желтовато-белого цвета с темными маховыми и хвостовыми перьями, с пятнами на груди, с поперечными полосами на рулевых перьях и т.д. Глаза в молодости серо-бурые, позднее красновато-бурые, в старости серые; восковица желтого цвета; ноги светло-желтые; клюв у основания голубоватый, на конце черноватый.

Опытный наблюдатель узнает канюка с первого взгляда, все равно, сидит ли он или летает. Обыкновенно он сидит съежившись, с мало прилегающими перьями, охотно на одной ноге, согнув другую и спрятав ее в перья. Камень, земляной бугор или дерево, которое он выбрал для отдыха, служат ему сторожевыми пунктами, с которых он обозревает свою область. Летает он медленно, но легко, почти без шума и пролетает большие пространства паря. Во время охоты сарыч часто долгое время трепещет над одним местом, чтобы самым тщательным образом осмотреть его или чтобы хорошенько присмотреться к замеченному животному. Нападая, он падает на землю, плотно прижав крылья к телу, расправляет их внизу, пролетает еще некоторое расстояние над землею и затем хватает свою добычу, широко расставив лапы. При обыкновенной охоте он редко поднимается на значительную высоту, но весной, и именно во время спаривания, поднимается вверх необыкновенно высоко и проделывает при этом фокусы, которые от него нельзя было бы и ожидать. "Там, где он гнездится, - совершенно верно говорит Альтум, - он составляет истинное украшение местности. Великолепное зрелище представляет пара канюков в ясные весенние дни или позднее, когда они носятся над лесом, описывая чрезвычайно красивые круги. Их громкое и звучное "хиэх" еще увеличивает приятное оживление. После того, как они проделают свои летательные фокусы, один из них складывает крылья и с громким свистом падает в лес; за ним тотчас следует другой".

Обыкновенный канюк (Buteо buteo)

Голос канюка похож на мяуканье кошки. Из чувств выше всего стоит зрение; но и слух его остр, осязание тонко, вкус также замечен, а обоняние, быть может, развито более, чем мы думаем. Душевные способности, по-видимому, хорошо развиты: канюк, живущий на свободе или находящийся в неволе, довольно часто обнаруживают большую смышленость и хитрость.

В конце апреля или начале мая канюк селится на своем старом гнезде или строит новое. Он выбирает для этого удобное дерево в лиственных или хвойных лесах и возводит по возможности близко от ствола, на развилине ветвей или в удобной развилине толстых сучьев почти всегда большую постройку, которая увеличивается с годами в объеме, если он не предпочтет воспользоваться гнездом ворона или вороны, которое покажется ему удобным. По большей части он бывает строителем не только для себя, но и для многих других хищных птиц нашего отечества. Гнездо в диаметре около 60, самое большее 80 см. Снаружи оно состоит из более толстых ветвей, которые становятся обыкновенно все тоньше и тоньше и, наконец, выбираются с большой тщательностью, так что плоское углубление гнезда оказывается выложенным нежными зелеными прутиками. Иногда канюк выстилает гнездо также мхом, шерстью животных и другими мягкими веществами. Кладку составляют 3-4 яйца, которые на зеленовато-белом фоне испещрены светло- бурыми пятнами. Самка высиживает, по-видимому, одна, а птенцы выкармливаются обоими родителями сообща.

С канюком происходит приблизительно то же, что и с лисицей. Каждый его проступок замечается неблагосклонными взорами, а полезная деятельность оценивается слишком низко. В глазах всех охотников это самая вредная хищная птица, и потому он подвергается ожесточенным преследованиям.

Верно, канюк ловит мышей, крыс, кротов, хомяков, змей, лягушек, насекомых, дождевых червей, а также молодых зайцев. Или добивает старых, больных, особенно раненых, и питается их мясом. Верно и то, что он иногда ловит куропаток, возможно, достаточно ловок, чтобы ловить даже летом и осенью здоровых тетерок или фазанов. Далее доказано, что он приносит своим птенцам, кроме только что названных родов дичи, вьюрков, жаворонков, черных дроздов и других молодых птиц, которыми может овладеть; нельзя отвергать, наконец, что он, подобно луням, поедает яйца уток, а может быть и других охотничьих птиц. Но главная пища канюка состоит, тем не менее, из мышей всех видов, крыс, хомяков, сусликов, лягушек, сверчков и других насекомых. Следовательно, он питается животными, которые или приносят нам самый чувствительный вред или, как лягушки, существуют в таком множестве, что истребление нескольких из них не имеет значения. Блазиус вынул остатки 30 мышей из желудка одного канюка, Мартин вскрывал сотни этих хищных птиц, переданных ему для набивания, и во всех зобах находил лишь мышей. Возможно, что мнение Ленца, будто бы канюк, поедая по 30 мышей в день, ежегодно должен истреблять около 10000 этих вредных грызунов, неверно, подобно всем теоретическим вычислениям в этом роде. Но, как бы то ни было, верно то, что канюк приносит больше пользы, поедая мышей, чем вреда, нападая на некоторые виды дичи.

Нельзя при этом забывать и то, что эта хищная птица, как и все родичи ее, более или менее приспосабливается к обстоятельствам, а следовательно, в местности, богатой дичью, чаще нападает на дичь, чем в местности, бедной дичью, где ловля ее требует от канюка гораздо больше труда, чем добывание обычной пищи.

Эта птица, о которой часто так несправедливо судят и на которую так клевещут, - один из самых ревностных истребителей гадюк. Ленц произвел самые обширные опыты, чтобы удостовериться в этом, и чрезвычайно прославляет эту птицу. Чтобы оценить по достоинству опасность битв канюка с гадюками надо знать, что он может пострадать от яда гадюк и даже умереть от коварного пресмыкающегося, если бывает укушен в часть тела, обильную кровью. Правда, редко случается, чтобы хищная птица не вышла победительницей из битвы; но некоторые, наверное, погибают в битве с гадюками.

Из Энцилопедии "Жизнь животных" по Альфреду Брему.